Есть также более амбициозные модели, среди них, к примеру, существует теория с громким названием "мировая теория систем". Но один из наиболее постоянных факторов - "шок от нововведений", поскольку модернизация и глобализация разрушают жизни людей и угрожают ввергнуть их в ещё более нестабильный мир.
Большинство людей мигрируют из страны в страну, надеясь на материальные выгоды. Некоторые в этом весьма преуспевают. В Соединённых Штатах много иммигрантов первого поколения, прибывших в страну фактически без гроша в кармане и быстро ставших мультимиллионерами. Сабир Батиа (Sabeer Bhatia), например, прибыл в США из Индии в 1988 г. с двумястами долларов в кармане. Он изобрел Hotmail, который в 1998 г. продал "Микрософту" за10 миллионов долларов. У других более скромные амбиции: строители из Бангладеш всего лишь хотят остаться на год или два в Кувейте, чтобы сэкономить пару тысяч долларов, которые они могут забрать домой, чтобы построить новый дом или вложить капитал в новый бизнес или оплатить образование своих детей.
Каждый иммигрирующий имеет свои мотивы для путешествий и свой личный опыт. Однако есть некоторые общие особенности и примеры, и также несколько необъяснимых вещей. Многие люди, конечно же, хотят избежать бедности, но не все бедные иммигрируют. Например, Кот Д'Ивуар (Берег Слоновой Кости) с национальным валовым продуктом, равным 1600 $ на душу населения - по глобальным стандартам бедная страна, и всё же её покидает относительно немного людей. С другой стороны Аотеароа, или Новая Зеландия, - одна из самых богатых стран в мире, с НВП на душу населения, равным 17000 $. Из неё уезжает больше людей, чем прибывает. Вы, вероятно, подумаете, что необременительный переезд в соседнюю страну - важный фактор иммиграции. Это было бы справедливым в отношении массовых переездов людей из Мексики в Соединённые Штаты, например. Но как насчёт Филиппинских островов, которые географически гораздо больше изолированы, и всё же являются значительным "генератором" мигрантов? Возможно, наличие или отсутствие контроля границ формирует решение людей. Но если так, то почему греки, которые свободны жить и работать в пределах Европейского Союза, не съезжаются в Люксембург, где средний уровень дохода на душу вдвое выше, чем в Греции?

Теории миграции

Существуют многочисленные теории, которые помогают ответить на такие вопросы. Они сводятся к двум главным подходам: индивидуальному и структурному. Индивидуальный анализ рассматривает каждого мигранта как рационального человека, который тщательно взвешивает возможности выбора, и стремится к вариантам, которые предлагают самую высокую заработную плату и лучшие перспективы в поиске работы. Это также называется подходом "человеческого капитала". Так же, как свободный финансовый капитал перемещается по миру в поисках наиболее выгодных возможностей вложения, так и мигранты, обладающие определённой квалификацией или образованием, или просто силой своих мускулов, стремятся туда, где можно получить большую отдачу от "человеческого капитала", который они сами собой воплощают. Тайский чернорабочий нашёл бы, например, что можно зарабатывать больше, если пересечь границу Малайзии, где минимальная заработная плата - около 100 $ в месяц. Но он, вероятно, заработал бы больше, если бы вложил несколько сотен долларов на путевые расходы и работал на ферме в Израиле, где ежемесячная заработная плата минимум - 650 $.
Но миграция - не обязательно индивидуальное решение. Часто целые семьи планируют стратегию, посылая одного или двух человек за границу, чтобы увеличить свои шансы на существование. Немногие развивающиеся страны имеют хоть какую-то форму социального обеспечения, поэтому члены семейств пытаются сами обезопасить своих родных от социальных проблем. Так же, как благоразумный финансовый инвестор будет скупать диапазон различных долей, так и благоразумная семья постарается подготовить работников для различных сфер деятельности. Один сын или дочь, скажем, будет работать на семейной ферме, другой ищет хорошо оплачиваемую работу в ближайшем городе, в то время как третий может искать работу за границей. В этой системе подстраховки глава семейства оплатит путевые расходы эмигранта и затраты на жизнь на время, пока он или она ищут работу. Иммигрант, соответственно, обещает посылать деньги домой, и возможно увеличит денежные переводы, если семья переносит нужду, скажем, из за плохого урожая.
Выбор, кого посылать, часто тщательно взвешивается. Одно исследование на Филиппинах анализировало варианты выбора отправки членов семейства в Сингапур. Хотя сын, строительный рабочий, мог бы зарабатывать больше, чем дочь, работающая горничной, более надёжно, что дочь сможет присылать денежные переводы. Эта домашняя концепция миграции иногда упоминается как "новая экономика миграции", хотя к настоящему времени это не так уж ново.
Структурный подход довольно различен. В этом представлении, мигрант подобен шарику в игральном автомате для Пин-бола. Его пинают неподвластные ему силы - экономические, или социальные, или политические, - выталкивающие людей за пределы одной страны и притягивающие их к другой. В стране отправления такими "выталкивающими" структурными силами, могут быть перенаселение, нехватка земли или половая дискриминация. В стране прибытия структурными силами, привлекающими иммигранта могут быть сокращение населения, нехватка людей для земледелия или спрос на обслуживающий персонал. В этих обстоятельствах дочери безземельного фермера из Шри-Ланки было бы трудно сопротивляться силам, "побуждающим" её работать в Кувейте или Сингапуре.
Структурный подход имеет множество вариантов. Один из них - теория двойных трудовых рынков. Она доказывает, что капиталистическое развитие не просто производит чёткий набор рабочих мест от низкоквалифицированного до высококвалифицированного труда, предлагая занятость любому человеку. Вместо этого оно производит два различных типа работы. Один тип работы состоит из безопасных, постоянных, высококвалифицированных и хорошо оплачиваемых задач. Другой состоит в значительной степени из временных, тяжёлых и неприятных задач, которые немногие хотят выполнять и которые также плохо оплачиваются. В Англии последний вид труда часто называют "три Д" - dirty, dandgerous и difficult (грязный, опасный и тяжелый). В Японии это "три K" - kitanai, kiden, и kitsu. Неудивительно, что большинство местных жителей хотят иметь постоянные, хорошо оплачиваемые рабочие места и предпочитают держаться подальше от 3-Д или 3-K и прочих их эквивалентов на других языках. Однако эти рабочие места всё ещё нуждаются в заполнении и, в результате, богатые страны часто имеют нехватку строительных рабочих, уборщиков офиса или посудомойщиков. Одним из решений этого для нанимателей является увеличение зарплаты для худших рабочих мест, пока достаточное количество людей не соблазнится на них работать. Однако, если они увеличивают заработную плату людей на низшей ступени рабочей лестницы, они должны платить больше рабочим на высших ступенях, чтобы соблюсти дифференциацию. Поэтому наниматели охотно сохраняют чёткое различие, насколько это возможно, между двумя типами рабочих мест. И как следствие возникает "двойной трудовой рынок".
В прошлом, чтобы поддержать разделение профессий, на худшие и непостоянные рабочие места нанимались женщины или молодые люди. В настоящее время это не так легко. Всё больше женщин хотят постоянной работы, да и молодые люди также хотят делать кое-что лучшее. Кроме того, коэффициент рождаемости падает во многих странах, подростков не хватает. Более лёгкое решение состоит в том, чтобы использовать рабочих-иммигрантов, не особо выбирающих, что им придётся делать, и менее озабоченных безопасностью работы или карьерой. Следовательно, люди, чистящие офисы в Женеве, скорее окажутся португальцами или выходцами из Марокко, чем швейцарцами. А люди, собирающие апельсины в разрастающихся садах вокруг Чанг Маи в северном Таиланде - не местные тайцы, потерявшие интерес к этому виду низкооплачиваемой работы, но неизменно бирманцы, которые пересекают границу, чтобы заработать в два или три раза больше, чем они могут у себя дома.
И индивидуальная, и структурная перспективы предлагают несколько разный взгляд на миграцию. Но трудно признать их полностью различными. Выбор людей, конечно, формируется внешними силами, но различные люди реагируют по-разному на один и тот же фактор. В любом случае, действуют ли люди индивидуально, или группами, они не могут изменять свои судьбы. Один пример накладки между индивидуальным и структурным - развитие мигрирующих сетей. Часто случается, что один предприимчивый или отчаянный человек или семья поселяются в новом месте произвольно. Если эти первопроходцы удачливы, они сообщают об этом другим, вызывая последующую "цепную миграцию". Фактически немного мигрантов путешествуют, не имея заграничных контактов с людьми, которые могут помочь им найти место проживания и работу. В этом случае индивидуалы, делающие свой личный выбор, в конечном счёте перерастают в структурную миграцию.
Может показаться, что всё это слишком просто, однако существуют даже более громкие суждения, например с таким грозным названием, как "мировая теория систем". Системный подход включает не только индивидуальное принятие решения и сеть рабочих-мигрантов, но также и связан с потоками капитала и товаров. Этот подход пытается показать, как все эти компоненты составляют нечто общее и сливаются с политическими и культурными факторами в одно единое целое. Это наиболее полезно при рассмотрении потоков перемещений в довольно ограниченных областях. Например, между Северной Африкой и Европой, или между Полинезийскими островами и Новой Зеландией. Но при распространении на большие области такие теории становятся безнадёжно сложными и любая диаграмма, созданная с целью проиллюстрировать все связи, начинает напоминать карту-паутину лондонского метрополитена. Всё в мире в какой-то степени связано со всем остальным, но понимание этого не поможет вам сделать шаг дальше. В этих обстоятельствах, вероятно, легче рассматривать несколько различных факторов, которые способствуют миграции, а затем представить, как они соотносятся друг с другом в различных комбинациях. Наиболее очевидный ключевой момент здесь - это разрыв в заработной плате между богатыми и бедными странами.

Stalk P. The no-nonsense guide to international migration. N.Y.; L.: New Internationalist; Verso, 2001